Почитай

Некоторые наши имамы, муллы и алимы считают своей главной обязанностью приводить цитаты из Корана и хадисов, призывать других к благочестию, справедливости и доброте. Но при этом сами они освобождают себя от соблюдения этих правил в повседневной жизни.
Ахмат-Хаджи Кадыров
Саттинская башня
Саттинская башня
2020-02-01 14:00:00
Возведение вайнахской башни

Дни бежали лавиной, не смея перечить потоку времени...

На самое почетное место посадили Янда. Славному строителю боевых башен воув предложили лучшие части барана, дымящийся ароматный чурек. Янд насыщался пищей, готовясь к тяжелому труду, и все собравшиеся ели и пили. Поел Янд и отблагодарил хозяина. И все встали и поблагодарили хозяина.

Наполнили стаканы горной хрустальной водой. Наполнили жизни свои борьбой, стремлением к счастью. Как неба купол, полон летним солнцем. Так и удаль молодецкая наполнилась стройной песней. И мелодия та полилась длинной лентой меж гор, где гнездятся орлы. Меж перистых шапок, что кутают вершины скал. Меж бурных потоков, что борются с камнем, пробивая себе дорогу. Меж разнотравий душистых альп, что веют дурманом с гор.

Башенный комплекс Никарой

В песне той зеленый Джерах скрывает неутомимых всадников. В песне той тучи покоятся на кручах, а выше них расстилается белоснежная пелена снега. В песне той девушки нежные, как розовый цвет бутона, свежи как день. Тучи в ней бывают серыми, льнущими к скупым ладоням холодных утесов. Горцы в песне сквозь тучи проходят, взбегают по неприступным кручам. Проходят сквозь гром и мглу.

Так пели джигиты о девушках своих, чьи голоса похожи на лепет волн. О голубом своде неба, что укрывает родной Джерах. О врагах, что ястребами падают из туч на зеленые луга. О войне и победах. О великой воув, что в трудный час становится крепостью для каждой горской семьи.

Еще песня, трепеща от волнения джигитов, болью отдавалась в горных расселинах. А возвращаясь обратно, несла теплое дыхание притихшего зеленого Джераха. Еще пальцы горца нежно касались трепещущего сердца дечиг-пандор, инструмент послушно отдавал свою жизнь в руки музыканта. В тот миг восемь помощников главного строителя Янда встали из-за кошмы. Пора готовить известь, белую как снежный покров суровых вершин.

Известь закипела, запенилась, зашипела, будто растревоженная змея, что пряталась под камнем. Известь загустела, стала вязкой, как тьма узких впадин ночного Джераха.

Башенный комплекс Меши

Утихла песня, лентою оборвалась, затерявшись меж диких опасных троп. Встал и Янд, принявшись за тяжелую работу. Взял строитель два камня. Смазал их белой известью. Крепко ударил друг о друга. Под сильными руками два камня слились в один, став целым. «Готова известь, — сказал Янд, — пора!». Закипела работа. Оживились горцы. Снова запенилась, зашипела известь. Крутился ворот и скрипел. Канат дрожал от напряжения. Камни легко шли наверх. В руках Янда послушно проворачивались так, как было нужно. Горцы везли обломки разных глыб. Скрепляли известью.

И камни становились цельной стеной. Ряд за рядом. Час за часом лютого труда. Так работал Янд и горцы.

Работа шла своим чередом. Но вот небо пронзила вершина камней. Первый ярус готов. Его не отважится посетить солнечный луч. День обойдет его стороной. Здесь пленные будут звенеть кандалами, ожидая расправы. Но вот и ярус второй готов. Свод возвели, повесив очажную цепь. Здесь горская семья сохранит свои жизни, если грянет война.

Янд взял черные гранитные глыбы и вытесал косяки. Дубовые брусья послужили крепкой дверью толщиною в пядь. Строитель сколотил засов. Поднялся выше Янд и снова тяжелый труд. Следующий ярус. Тут будут сторожить горцы врага, встав у бойниц. По четыре стороны света встанут горцы. И все горы, леса и реки, вся окрестность будет как на ладони на целый день пути.

Башня в ауле Харачой

Воув росла и крепла. Ярус за ярусом. Вот и балконы, по одному с каждой из четырех сторон выступили вперед. И с каждого балкона стрела горца в случае опасности без промаха вонзится в сердце врага. Смерть приютится в скрытых в стенах бойницах. И снова работа. Но выше уже нельзя. Тут будет стройный конус легкой крыши. Кладет Янд ряды камней, сужая уступы кверху. Ложится покорно сланец сверху. И снова камень. И снова сланец. А Янд все ближе к своду неба.

Четыре дня работы. Двадцать рядов камней и двенадцать сланцевых плит легли, сплетясь монолитом.

Настал триста шестьдесят пятый день. Проснулся Янд. Проснулся и день. Открыл глаза Янд. Открыл глаза и день. И оба увидели яркую просторную синеву. Поднялся Янд на крышу воув. Поднялся и день на крышу воув. Стоят Янд и день, и видят ковры зеленых гор, что раскинулись у ног их. Последний камень. Последний скрип ворот. Кончилась песня. Окончен труд. Выше нельзя. Струится солнце пурпуром заката. Рваный облачный ряд плывет, бросая редкую тень на воув. Последний триста шестьдесят пятый день завершился, став последним замковым камнем…

Подождите немного...
Ваша партнерская
ссылка всегда под рукой! Находясь на любой странице — просто нажмите на этот блок и поделитесь интересной информацией в социальных сетях либо скопируйте ссылку. Статистику переходов по вашей ссылке можно отследить в разделе партнерство

SMS